История Кровавых Ангелов

Девятый легион

Ранний IX легион набирал воинов среди отверженных отравленной Терры. Его посылали в зоны, где другим армиям грозило уничтожение. Способность возвращаться после считавшихся смертельными кампаний принесла ему имя легиона Ревенантов. За стойкостью скрывались кровавые обычаи и разрушительный голод.

Преображение Сангвиния

Примарх не отверг своих сыновей. Встретив их на Тегаре, он предложил собственную верность и стал воспитывать в них дисциплину, искусство и стремление к совершенству. Благородный облик Кровавых Ангелов возник не из отсутствия жестокости, а из непрерывной борьбы с ней.

После Великого Предательства

Легион сохранил верность Императору, пережил Сигнус и Осаду Терры, но потерял отца. После разделения легионов Кровавые Ангелы сохранили Баал и имя IX. Их история продолжилась как история ордена и его братьев-потомков. Подробный ротный путь вынесен в Кампании V роты.

Долгая служба ордена

Разделение легиона не завершило историю Кровавых Ангелов. Орден участвовал в бесчисленных войнах Империума, сохраняя собственную военную школу и одновременно неся всё большее бремя памяти. Отдельные капитаны и магистры могли стать героями своей эпохи, однако ни один из них не заменял собой весь орден. Ротные летописи полезны именно тем, что показывают продолжение службы через смену поколений: новые братья принимают обязанности, возникшие задолго до их рождения.

Данте и предел выносливости

Многовековое руководство Данте связано с войнами, в которых орден нередко оказывался перед угрозой полного уничтожения. Особенно тяжёлой стала встреча с Левиафаном. Для обороны Баала собрались ордены-потомки, привезя собственные силы и традиции к общему дому. Масштаб потерь превратил победу в катастрофу, которую нельзя описать как обычное отражение набега. Были утрачены опытные воины, святыни, население и огромная часть прежних возможностей.

Эра Индомитус

Прибытие крестового похода Гиллимана принесло помощь, пополнение и новую задачу. Данте получил ответственность за Империум Нигилус — разорванные владения, где затруднены связь и межзвёздные переходы. Для ордена это означает необходимость одновременно восстанавливать Баал и направлять ограниченные силы на далёкие фронты. Историческая преемственность здесь проявляется не в неизменном снаряжении. Она состоит в возвращении к выбору Сангвиния: использовать силу ради защиты, не отрицая тьмы внутри собственной крови. Локальные кампании, включая хроники Калафракса, помещаются в этот широкий контекст, сохраняя самостоятельность своих источников и установленные ими границы событий.

Память о прошлых катастрофах определяет осторожность, с которой орден расходует восстановленные силы и доверяет новым командирам.