Красная Жажда

Природа Изъяна

Красная Жажда глубоко укоренена в геносемени Кровавых Ангелов. Она вызывает тягу к крови и убийству, способную заставить воина забыть благородство и оставить выгодную позицию ради ближнего боя. При сохранении контроля обострённые чувства и сила могут быть обращены против врага.

Древняя тайна

Сангвиний знал об Изъяне ещё во время Великого крестового похода, искал исцеление и скрывал беду от окружающего Империума. В редких случаях ему самому приходилось казнить сыновей, утративших власть над собой. На Сигнусе кровавое бешенство поразило легион в общем масштабе.

Отличие от Чёрной Ярости

Жажда — не то же самое, что погружение в последние мгновения Сангвиния. Первое связано с кровавым голодом, второе — с разрушением восприятия настоящего психической памятью. Примарис также не оказались свободны от наследственного проклятия.

Опасность временного облегчения

В отличие от гибельных видений, вспышка Жажды способна ослабнуть, но это не делает её безобидной. Воин, вновь обретший ясность, должен жить с последствиями своих действий. Потеря меры угрожает не только врагу: кровь и близость убийства способны отвлечь от приказа, привести к необдуманному преследованию и поставить под угрозу тех, кого Астартес пришёл защищать. Поэтому орден скрывает свои самые страшные проявления и относится к самообладанию как к обязанности перед окружающими.

Ежедневная работа над собой

Пять ангельских милостей и художественные занятия направляют страсть в управляемое русло. Долгая точная работа требует остановиться, исправить ошибку, терпеливо повторить движение и признать несовершенство результата. Эта дисциплина противостоит привычке немедленно разрешать внутреннее напряжение насилием. Она не является чудодейственным лекарством, но объясняет глубокую связь искусства с орденским бытом. Благородство Кровавого Ангела ценно именно потому, что требует постоянного усилия, а не даётся ему от рождения.

Жречество и надежда

Сангвинарные жрецы наблюдают за братьями и в крайней нужде помогают обратить ярость против врага, сохраняя столько контроля, сколько ещё возможно. Корбуло ищет способ избавления, однако завершённого общедоступного лечения орден не получил. Общая генетическая линия также не означает одинаковую тяжесть болезни у всех потомков. У каждого ордена и отдельного брата собственная история борьбы. При описании Жажды поэтому важно одновременно помнить её военную мощь, нравственную опасность и труд тех, кто удерживает её от полного господства над личностью. Победа, оплаченная бесконтрольной резнёй, остаётся поводом для стыда и тяжёлой памяти.